Экс-начальник управления кибербезопасности при Министерстве национальной безопасности Туркменистана Максат Гельдыев, упоминавшийся в статье turkmen.news об основных блокировщиках интернета в стране, предложил заплатить редакции за удаление статьи о нем.
Своим руководителям он пытается представить себя жертвой и говорит, что его «заказали» недоброжелатели.
Тем временем в Туркменистане продолжаются беспрецедентные блокировки интернета, а Гельдыев и его коллеги по-прежнему зарабатывают на взятках. Одного из сотрудников управления понизили, но влияния на блокировки он не потерял. Об этом пишет turkmen.news:
Максат Гельдыев на протяжении десяти лет был начальником Восьмого управления МНБ, а когда кибербезопасность вывели в отдельное управление, он был назначен туда руководителем. Затем его вернули обратно в Восьмое управление на пост замначальника. СМИ публиковали мобильный номер чиновника — +99365702777. Именно с этого номера нам вскоре начали писать и звонить. Гельдыев в переписке предупредил, что из-за таких публикаций блокировки станут только жестче. Затем он предложил заплатить деньги, чтобы статью убрали.
Еще один блокировщик, Дидар Сейидов, — наряду с Гельдыевым является одним из тех, кто принимает взятки за внесение IP-адресов в «белый» список. Фактически, эти люди зарабатывают на блокировках, превратив «кибербезопасность» в выгодный бизнес. Сейидов — единственный, кто «пострадал» после публикации. Его перевели из управления кибербезопасности в полк охраны и начали ставить в наряды, то есть определили руководить солдатами, которые охраняют различные государственные объекты. Формально это понижение в должности. Но в реальности Сейидов сохранил свое влияние и по-прежнему отдает приказы о блокировках. Одной рукой он и его коллега Сердар Нурлиев (его называют Атаджаном) блокируют интернет, а другой — берут крупные взятки за свободный доступ во всемирную паутину.
Поскольку нет публичных данных о прибыли национальных операторов связи и, тем более, о коррупционных доходах, попробуем произвести абстрактные вычисления. Максимальный тариф для домашнего проводного доступа — 280 манатов в месяц за 6 Мб/с. На уплаченные абонентами деньги проводится строительство и обслуживание инфраструктуры, начисляется зарплата многочисленным сотрудникам. И в конце даже остается приличная прибыль.
Что касается сотрудников блокирующих ведомств, то расходов на обслуживание инфраструктуры у них нет. Однако прибыль с каждого «абонента», только по расценкам начала года, в 1,5-2 раза выше. По информации источников, знакомых с ситуацией, каждый из сотрудников управления кибербезопасности, в том числе рядовых, смог заработать на необходимости внесения серверов в «белый» список до нескольких сотен тысяч долларов США.
Таким образом, тотальный интернет-шатдаун в Туркменистане произведен не по политическим причинам, а сугубо по коррупционным.
Блокировка интернета на территории всей страны — обычно политическое решение в связи с войнами, беспорядками, митингами и мятежами. В Туркменистане ничего подобного нет, как не было и политического решения именно о полном шатдауне. Но доступ к интернету в стране находится в парализованном состоянии. Единственное объяснение этому — кучка алчных людей с большими полномочиями хочет создавать необходимость использования VPN и заносить серверы в «белый» список за серьезные деньги (от 2000 долларов и выше).
Интернет-цензура даже в самых жестких диктатурах и воюющих странах никогда не доходила до подобного состояния. В Сирии, где идет война, или нестабильном Афганистане доступ в интернет является свободным и малоцензурируемым. В Туркменистане вообще не существует какого-либо реестра запрещенных или разрешенных ресурсов. Там просто заблокирован практически весь интернет.
Очень многие люди надеялись, что с приходом нового, молодого президента Сердара Бердымухамедова блокировки если не прекратятся, то хотя бы ослабнут. Однако фактический паралич доступа в интернет начался именно при нем.
Собеседники turkmen.news высказывают мнение, что это явление связано с тем, что люди, причастные к блокировкам, решили ни в чем себе не отказывать, считая нового президента малокомпетентным в современных технологиях.
Источники подчеркивают, что блокировки в Туркменистане носят постоянный характер, чего часто не понимают за рубежом. Страна живет в режиме непрерывного шатдауна, зайти из Туркменистана на большинство существующих в мире сайтов невозможно. Обычные бесплатные VPN, как те, что позволяют зайти в заблокированный Instagram в России, не работают в Туркменистане. Люди должны изыскивать контакты и платить деньги тем, кто, в свою очередь, дает взятки за внесение в «белый» список. Причем оплачивать VPN приходится отдельно для каждого устройства. Общая сумма доходит до нескольких тысяч манатов в месяц, что в несколько раз выше официального тарифа за услуги связи.
Ситуация обостряется в момент какого-нибудь чрезвычайного происшествия в стране или за ее пределами. Так во время скрытого официальными СМИ урагана в Лебапском и Марыйском велаятах в 2020 году люди не могли узнать о судьбе своих близких. То же самое повторилось в феврале 2023 года при разрушительном землетрясении на юго-востоке Турции. Никому не пришло в голову убрать блокировки, чтобы люди узнали, живы ли члены их семей в Турции.
При этом блокировки остаются исключительно инструментом обогащения коррупционеров, а не средством обеспечения безопасности (в том виде, как ее понимают туркменские силовики). О какой безопасности может идти речь, если потенциальный «враг режима» может зайти на любой сайт, просто заплатив? А вот обычные люди не могут найти несколько тысяч манатов в месяц на доступ к интернет-инфраструктуре, необходимой в современном мире. Средняя зарплата в Туркменистане — 1,5-2 тысячи манатов.
Сами сотрудники управления кибербезопасности при МНБ, как продемонстрировал в переписке Максат Гельдыев, привыкли думать исключительно как коммерсанты. С их точки зрения, любая информация публикуется за деньги и за деньги же может быть убрана из доступа. Точно так же оправдывался и Ниязлы Ниязлыев — теперь уже бывший глава госконцерна «Туркменхимия», уволенный после серии разоблачительных публикаций.
Доступ граждан к интернету, который в XXI веке не менее важен, чем электричество или водопровод, для этих людей ничего не значит. Их интересует только их собственный незаконный заработок. Но, и вот этого верховные власти, возможно, не понимают, ничем не обоснованная кибербезопасность страны точно так же им безразлична.
