«В моей смерти прошу винить следователя ОМВД»

0
258

Житель Восейского района покончил с собой из-за угроз милиционера

Восейский район. Здесь живут родственники Сайдамира Суфиева, который в 2017 году покончил жизнь самоубийством, не выдержав психологического давления в районном отделе милиции. Участковый угрожал отправить его в «места не столь отдаленные» за преступление, которое он не совершал. По сей день так никто и не привлечен к ответственности за доведение человека до суицида.

Коалиция гражданского общества против пыток и безнаказанности в Таджикистане публикует десять историй за последние пять лет, по которым она работала. И это второй рассказ.

 

Предсмертное письмо

– Простите меня, мои родные, но я так больше не могу жить, – прошептал про себя Сайдамир, дописав длинное письмо на вырванных из школьной тетрадки листках. «В моей смерти прошу винить следователя ОМВД Восейского района Бахрома Хикматуллоева» – повторял он фразу из письма, дрожащими руками разворачивая веревку. 

Скоро домой должны были вернуться домочадцы, поэтому Сайдамир решил поторопиться. Он взобрался на деревянный стул, проделал петлю в веревке, привязал ее к крюку на потолке. Натянул и проверил на прочность… Стул почти бесшумно упал на сено…

Стоял промозглый ноябрь, и в хлеву было сыро и неуютно. Ветер, как забавляющийся демон, открывал и со скрипом захлопывал старую деревянную дверь…          

Февраль 2016. За год и девять месяцев до трагедии Сайдамир ехал домой за рулем своего автомобиля, как вдруг откуда ни возьмись перед ним появился силуэт мужчины. Он резко затормозил, но все равно успел задеть автомобилем незнакомца. Выбежал из машины, наклонился над пешеходом, пытаясь разглядеть серьезность травм. Сайдамир почувствовал стойкий запах перегара. 

Они его пытали током, били, угрожали изнасилованием. Но таджикских милиционеров никто не осудил

Это был односельчанин Сухроб, местный пропойца, который нашел для себя легкий способ заработка на очередную бутыль. Он неожиданно выскакивал перед проезжающей машиной, чтобы та, слегка задев его, не причинила серьезных увечий, и брал с водителя деньги «на лечение».       

Так было и в этот раз. Сайдамир посадил его в машину и отвез в больницу. Врачи уже знали этого пациента, и молча прописали назначение.  

Прошло несколько месяцев. Работы в селе не было и Сайдамир уехал в столицу, жил у своей сестры и работал мардикором (поденщиком). Он был хорошим электриком, но заработанных денег едва хватало на жизнь. Теперь ему надо было содержать и свою дочь, которая ушла с двумя малолетними детьми от мужа-тирана и поселилась в его доме в Восе.

29 ноября 2017 года. День как-то не выдался для Сайдамира. С раннего утра он простоял на рынке мардикоров, но так и вернулся домой к сестре с пустыми руками. Раздался телефонный звонок.

Звонил сотрудник милиции из Дангары, он сказал Сайдамиру, что его дочь Гулбахор подозревается в краже денег у свекрови, и потребовал, чтобы она немедленно приехала в Дангару и вернула детей, иначе у него и у нее будут проблемы. В расстроенных чувствах он сел на пол и не знал, что делать. 

Гулбахор плохо жила с мужем, в семье были постоянные ссоры, и она часто с маленькими детьми уходила от мужа в отцовский дом. В очередной раз, когда она ушла с детьми из дома, родственники мужа обратились с заявлением в милицию о том, что она якобы украла у них 1000 сомони.  

Сайдамир поехал в Дангару, где его допросил Курбон Зоиров, оперработник местного ОМВД, который угрожал ему и его дочери уголовным наказанием.

В подавленном состоянии Сайдамир поехал в Восе, чтобы увидеть дочь, но тут снова зазвонил телефон. Это был сотрудник милиции Восейского района Бахром Хикматуллоев, который сказал, что 19 ноября был насмерть сбит его односельчанин, тот самый Сухроб, и что Сайдамир является одним из подозреваемых в совершении наезда.

Оперработник потребовал на следующее утро явиться к нему в Восейский ОВД для дачи показаний. Возражения Сайдамира о том, что он уже несколько месяцев находился в столице и не мог физически совершить наезд, сотрудник уголовного розыска даже не стал слушать и повесил трубку. 

В Таджикистане инвалида под пытками заставили признаться в убийстве

30 ноября 2017 года. Ровно в 9:00 Сайдамир уже стоял у рабочего кабинета Бахрома Хикматуллоева в районном отделе милиции, и вышел оттуда ближе к обеду. Что там происходило – теперь уже неизвестно, но в своем предсмертном письме Сайдамир указал, что Бахром Хикматуллоев угрожал ему, что отправит его на 10 лет за решетку за наезд со смертельным исходом. О пытках или избиении ничего в письме сказано не было, и при омовении тела следов насилия обнаружено не было. Скорее всего, психологические угрозы и перспектива оказаться в тюрьме были настолько страшными для 53-летнего человека, уважаемого в округе, что он не выдержал и решил свести счеты с жизнью.           

20 декабря 2017 года прокуратура Восейского района возбудила уголовное дело по статье «доведение до самоубийства» и признала сестру покойного потерпевшей, однако спустя четыре месяца следователь прокуратуры приостановил расследование дела в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению к ответственности в качестве обвиняемого. 

По словам адвоката потерпевшей, после их обращения в Генпрокуратуру, прокуратура Хатлонской области возобновила расследование по делу о самоубийстве ее брата, однако в конце октября 2018 года вновь приостановила расследование с прежней формулировкой. 

Сайдахмад Суфиев, брат покойного, сказал, что они трижды обращались в генеральную прокуратуру и президентскую администрацию с просьбой о проведении тщательного расследования и привлечении виновного к ответственности, но дело так и не сдвинулось с мертвой точки.

Нет в нашей стране справедливости», – махнул он рукой.  

Май 2021 года. В доме Суфиевых идет полным ходом ремонт. Братья и племянники Сайдамира снесли хлев, в котором после произошедшей трагедии часто раздавались странные звуки, похожие на скрип старой двери.  

Источник: asiaplustj.info

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here