Почему вокруг казахского кино так много споров?

Почему вокруг казахского кино так много споров? 229

В Казахстане в широкий прокат вышел полнометражный киномюзикл «Стоп, ночь!» по мотивам песен культовой группы A’Studio

Большой видеоклип

Картина, автором идеи и продюсером которой является Байгали Серкебаев, рассказывает историю молодого алматинского музыканта Бейбута, успешно покоряющего вместе со своей группой «Дигидай» концертные площадки родного города. В личной жизни у него тоже все хорошо: рядом любящие родители и молодая жена, у него рождается первенец. Но скоро он получает выгодный контракт, встречает красавицу-танцовщицу Джулию, на семью совсем не остается времени…

Отметим: у совместного детища Байгали Серкебаева и режиссера Фархата Шарипова две версии. «Стоп, ночь!» – это полуторачасовая прокатная версия картины. Фестивальная – «Солдат любви», которая длится более двух часов, была показана на закрытии фестиваля студенческого короткометражного кино «Байконур», проходившего в Алматы в начале сентября.

Симпатии профессионального зрителя, киноведа Гульнары Абикеевой, посмотревшей обе версии, оказались однозначно на стороне «Солдата любви».

– Вероятно, фильм сократили, чтобы сделать его легче для проката, – говорит она. – Но в «Стоп, ночь!» фактически остались только песни-клипы, а сама история любви куда-то исчезла. Как говорится, «вместе с водой выплеснули и ребенка». Меня вообще удивил тот факт, что на закрытии кинофестиваля «Байконур» состоялся чуть ли не единственный в Казахстане авторский показ фильма. Хорошо, что хоть на международной премьере фильма на кинофестивале в Бусане (Южная Корея) будет показана режиссерская версия фильма.

– Опять получается, что для кинофестивалей мы показываем лучшее, а для нашего зрителя – версия «и так сойдет»?

– Да-да, именно так. И я не удивлюсь, если прокат фильма в Казахстане провалится. Зритель у нас не настолько глупый, чтобы не отличить настоящий фильм от большого видеоклипа.

Мюзикл – такой редкий жанр для нашего кино, что к нему нужно относиться с уважением. Тем более что фильм-оригинал – сложное, многоуровневое кинопроизведение, где есть полноценная драматическая история, где сняты блестящие сцены современного мюзикла со сложной хореографией, где звучат прекрасные пес­ни группы A’Studio.

– Бытует мнение, что этот фильм – байопик о Батырхане Шукенове. Так ли это?

– Нет. Режиссер фильма Фархат Шарипов не раз подчеркивал, что это отдельная история о творческом пути музыканта, о том, как сложно порой разрываться между творчеством и семейной жизнью, о том, как рождаются песни, в конце концов. К примеру, мне очень нравится сцена, когда молодые супруги сидят вечером на кухне, и жена рассказывает мужу о каких-то бытовых вопросах, о том, что она целыми днями сидит дома с маленьким ребенком. Бейбут через силу изображает, что слушает ее. В этот момент в душе рождается песня, и мы видим его творческие муки, выраженные через хореографию, когда его буквально «колбасит», «скручивает». Или очень поэтическая сцена, когда еще беременная жена засыпает, а Бейбут исполняет танцевальную колыбельную под тенью ночника.

Это фактически фильм о любви – о том, как непросто складываются взаимоотношения между молодоженами, когда рождается ребенок и начинаются испытания бессонными ночами, соблазном тусоваться вместо того, чтобы помочь жене и так далее. Это простые бытовые вещи, но они важны для каждой молодой ­семьи. Музыкальная карьера главного героя лишь обостряет эти проблемы, потому что «звездная жизнь» требует «звездного времяпровождения». Вот этой истории любви не осталось в прокатной версии «Стоп, ночь!» Остались лишь музыкальные и хореографические номера.

– То есть мюзикл все-таки состоялся?

– Да, состоялся. Замечательным был, к примеру, эпизод, снятый в аэропорту Алматы. Там как раз звучит песня «Солдат любви». Или эпизод около Дворца Респуб­лики – песня «Стоп, ночь!» Замечательным было исполнение «Джулии», когда герои просто стоят на улице Панфилова и душевно поют, не превращая песню в клип. Не могу вспомнить названия всех песен, но эпизод на берегу речки Весновки со степом, который исполняют молодые родители спящего в коляске ребенка, – просто блистательный по исполнению и романтике.

Мне кажется, в фильме «Солдат любви» состоялось несколько открытий. Прежде всего – замечательного актера Кеменгера Оралова (Бейбут) – он невероятно плас­тичен, харизматичен, обаятелен. Прям голливудская звезда! Очень мне понравилась актриса Жасмин Нурахмет, сыгравшая Джулию – страстную любовницу Бейбута. Хорошо сыграла и Карлыгаш Ермекова – роль Алмы, жены, особенно в эпизоде на лестничной площадке с участием соседей. Хореография – самая большая удача этого фильма. Уже позже я узнала, что над постановками танцев корпели хореографы Арсен Именов (Казахстан), работавший в Московском театре балета, а также Сапл Нам (Великобритания), который сотрудничал с такими мировыми звездами, как Мадонна, Пафф Дэдди и другими. Добавить сюда еще популярность песен A’Studio – и успех, казалось бы, обеспечен. Но почему-то в последний момент продюсеры Дина Жумабек и Байгали Серкебаев решили перемонтировать фильм и выпустить в прокат свою версию.

Если говорить об уровне фестивальной версии – картине «Солдат любви», то она, на мой взгляд, не уступает уровню американской музыкально-романтичес­кой комедийной драмы 2016 года «Ла-Ла Ленд» или широко известной на постсоветском пространстве картины «Стиляги» Валерия Тодоровского, где много танцевальных, хореографических номеров. А «Стоп, ночь!» – это лишь подборка клипов. И это, увы, результат недоверия к режиссеру Фархату Шарипову.

– Не это ли причина того, что в «Стоп, ночь!», по крайней мере, на премьере, имени режиссера в тит­рах не было?

– Я думаю, Фархат Шарипов не хотел ставить свою фамилию, потому что его не устраивал тот вариант, который, в конце концов, вышел в прокат. То есть он отказывался от этого фильма, потому что он оказался набором видеоклипов. Не хотелось бы употреблять резкие слова, но единомышленники – режиссер и продюсеры – долго, целых два года, шли вместе к конечному итогу, а на финише один из партнеров вдруг сказал: «Я перемонтирую, чтобы была более коммерческая версия». Это даже не недоверие к опыту, чувствам, мироощущению и режиссерскому видению, а отказ от режиссера.

К счастью, есть режиссерская версия. Если бы в этом году осенью проводился МКФ «Евразия», то я представляю, какую грандиозную премьеру «Солдата любви» можно было бы организовать во Дворце Республики с предварительным показом на сцене двух-трех ключевых эпизодов из фильма.

Кино без лидера

– Кстати, о кинофестивалях. Почему в этом году не проводятся ни «Евразия», ни «Звезды Шакена»? Что происходит с нашим фестивальным движением?

– Официально было заявлено, что все крупные развлекательные мероприятия в стране были отменены из-за паводков, которые прошли этой весной в Казахстане. А если неофициально, то, я думаю, просто никто не заинтересован в фестивалях. Сегодня в нашей киноотрасли нет настоящего лидера, который, с одной стороны, болел бы за нашу кинематографию, с другой – был бы вхож во властные структуры и, следовательно, мог бы отстаивать интересы отрасли. Таким человеком в 90-х и начале нулевых был Ораз Рымжанов, еще раньше – Шакен Айманов. Сейчас таких лидеров нет, это приходится, к сожалению, констатировать как факт. Поэтому нет и стратегии развития киноотрасли, и кинофестивалей большого масштаба, и копродукций.

Между тем проведение международных кинофестивалей, таких как «Евразия», «Звезды Шакена», «Алматинский кинофествиаль», чрезвычайно важно. Это, во-первых, очень сильный инструмент продвижения казахского кино. Во-вторых, это путь к созданию копродукции и международным связям. И в-третьих, условия для роста кинематографистов, потому что каждый фестиваль – это всегда конкурентность. Когда, например, в 2022 году в рамках МКФ «Евразия» мы проводили национальный конкурс, то в нем между собой соревновались разные фильмы, получившие призы на разных фестивалях. Это была фантастика! Одна картина побывала в основном конкурсе Венеции, другая – в Токио, третья – в Каннах… Обычно, если картина была на крупном кинофестивале, то ее на другой МКФ не приглашают. А тут получилось, что призеры крупных МКФ конкурировали у себя в стране между собой.

– Фестивалей в Казахстане не стало, но появилась масса бурлений вокруг кино. К примеру, недавний скандал вокруг казахстанско-турецкого фильма «София». Что Вы думаете по этому поводу?

– В некоторых случаях скандалы – это маркетинговый ход, но иногда продюсеры говорят о мнимых успехах на фестивалях. Сейчас же в этой сфере много фейков. Некоторые режиссеры гордятся призами Каннского или Венецианского кинофестивалей, но мы-то знаем, что их фильмы не были отобраны на эти престижные кинофорумы, а были на каких-то фейковых с тем же лейблом или просто на кинорынках, где твое кино показывают за деньги.

– А какие казахстанские фильмы действительно участвовали на прес­тижных международных кинофестивалях в этом году?

– «Степной волк» Адильхана Ержанова, начиная с Роттердама (Нидерланды), участ­вует и получает призы в этом году. «Талак» Данияра Саламата получил Гран-при Шанхайского кинофестиваля, а актриса Амира Омар – приз «За лучшую женскую роль». Картина «Айкай» Кенжебека Шайкакова получила сразу несколько призов во французском Везуле, на Тайване и недавно в Испании «За лучший сценарий». Интересно, что на кинематографическом звездном небосклоне засверкали сразу нес­колько женщин-режиссеров. Айжан Касымбек с фильмом «Мадина» и Шарипа Уразбаева с картиной «Тул» продолжают сегодня свои международные турне по фестивалям. «Шегірткелер, ваш выход» Ольги Коротько только что принял участие в престижном кинофестивале в Локарно (Швейцария). «Карлыгаш» Малики Мухамеджан была показана в Шанхае. Фильм «Велошах» Асель Аушакимовой получил Гран-при МКФ «Трайбека» (Нью-Йорк, США). Картина «Папа умер в субботу» считается российской, но режиссер Зака Абдрахманова – казашка, и большая часть фильма снята в Казахстане. По такому количеству и успеху фильмов я бы вообще назвала этот год прорывом женского кино.

– О чем говорит такой факт, что в такой «мужской» профессии, как режиссер, появилось много женщин?

– Мы к этому давно шли. Посмотрите, что у нас творится с продюсированием кино. Все самые сильные кинопродюсеры – женщины. Гульнара Сарсенова, Алия Увальжанова, Анар Жунусова, Алия Мендыгожина и совсем молодые Бану Рамазанова, Лимара Жексембаева…

Почему-то до этого года женщины выбирали продюсирование, в творчество шли менее решительно, но после успехов в кинобизнесе женская кинорежиссура стала мировым трендом. То, что сегодня в кинопитчингах в Казахстане участвует очень много женщин-режиссеров, свидетельствует о том, что подросло более уверенное в себе поколение, а также о том, что тренд на женское кино в нашей стране идет в ногу со временем.

Источник: kazpravda.kz